+7 (777) 001 44 99
Қазақша
Русский
English
В этой связи историк и политолог Султан Акимбеков в авторской колонке на Tengrinews.kz рассказывает про мирный конгресс, который заработал ровно 170 лет назад и завершил Крымскую войну. А также напоминает, что во многом из-за неё в Центральной Азии и Казахстане потом произошло то, что произошло.
170 лет назад, 13 февраля 1856 года, в Париже начал свою работу мирный конгресс, который завершил Крымскую войну 1853–1856 годов. В Европе она называется Восточной. В ней против Российской империи воевала коалиция из Англии, Франции, Османской империи и, как ни удивительно, Сардинии. Хотя у последней была своя мотивация — она нуждалась в поддержке Франции против Австрии в борьбе за объединение Италии.
К моменту начала переговоров война зашла в тупик. Российская империя потеряла Севастополь и Черноморский флот, но взяла крепость Карс. Англо-французский флот атаковал многие морские порты России, включая далёкий Петропавловск-Камчатский, но в целом без особого результата. Продолжать войну было бессмысленно.
Но для Российской империи ситуация была сложнее, и не только потому, что потеря Севастополя и Черноморского флота, а также серия поражений её армии в Крыму были очень болезненными для государства и его общественного мнения. Война продемонстрировала технологическую отсталость России, что было особенно чувствительным на фоне того, что до войны её воспринимали — как в Европе, так и внутри страны — в качестве могущественной военной державы.
Хотя, кроме Крыма, у англо-французских войск нигде больше не было успехов, тем не менее уже в 1855 году стало очевидно, что Россия не может продолжать эту войну. В том числе из-за экономических причин. В отличие от Англии и Франции, она не могла финансировать войну за счёт займов — просто негде было занимать ввиду отсутствия развитого внутреннего финансового рынка. А внешнее кредитование было невозможным, потому что главные рынки в это время находились в Англии и Франции, причём в большей степени — в Англии.
Другие крупные европейские государства — Пруссия и Австрия — не могли выделить России деньги в долг, в том числе потому, что критически относились к её целям в этой войне.
Поэтому ключевым источником финансирования была денежная эмиссия (выпуск денег), что привело к инфляции. В 1853 году кредитный билет (бумажный рубль) содержал 45 процентов серебра, а в 1858-м — уже только 19 процентов.
Кроме того, в ходе войны фактически прекратилась российская внешнеторговая деятельность через порты Балтийского и Чёрного морей. При этом важные изменения произошли и в структуре российского экспорта. В связи с распространением на Западе парового флота сократилась потребность в традиционных товарах, поставляемых из России, которые шли на нужды парусного флота. В первую очередь это касалось корабельного леса и пеньки для производства канатов. Сократился также экспорт железа в связи со снижением спроса на него из-за развития металлургии в Европе.
Основными товарами для экспорта в Европу в середине XIX века были зерно (до 35 процентов от всего объёма), воск для свечей, сало, икра, латунь. Завозили же в Российскую империю в основном машины и оборудование, опять же — главным образом из Англии и Франции. Естественно, этот импорт прекратился с началом войны. А в ходе военных действий у России не было возможности наладить массовое производство паровых двигателей и современных нарезных ружей — для этого нужно было импортировать новое оборудование.
Фото с сайта Library.fa.ru
Кроме европейского направления, был ещё экспорт в Азию. Здесь была другая структура поставок — вывозились железо, ткани, посуда. В годы войны это направление сохранилось, хотя и было сравнительно небольшим. Среди главных импортёров российских товаров в Азию были Османская империя, Китай, Иран, Средняя (сейчас — Центральная) Азия, и, что очень показательно, по статистике внешней торговли отдельно проходили казахи.
Хотя к 1855 году северная часть страны уже находилась под прямым управлением Российской империи. Однако объёмы поставок в Азию были незначительные, в Османскую империю они прекратились. К тому же на главном рынке — тканей — российская продукция по качеству уступала английской и проигрывала ей на рынках Османской империи, Ирана и частично Средней Азии.
Конечно, в середине XIX века Российская империя была не настолько чувствительна к состоянию внешней торговли. Потребление большей части населения — крепостного крестьянства — осуществлялось за счёт собственного производства. Тем не менее дальнейшее затягивание войны не имело смысла. В этом случае России пришлось бы вести длительную борьбу за освобождение Крыма и Севастополя.
Карта Крымской войны. Работа: Yuri Koryakov. Источник: Wikimedia.org
Сложность заключалась в том, что даже в случае нового рекрутского набора и подготовки большой армии это потребовало бы времени — у России к моменту Крымской войны не было подготовленных резервов. Она содержала постоянную большую армию из рекрутов почти в миллион человек, которых набирали на 20 лет службы. Вместе с казаками и вспомогательными формированиями она достигала 1,5 миллиона человек. Хотя им не надо было платить, как английским или французским солдатам, их надо было содержать.
- Годовое содержание английского солдата обходилось в 134 рубля серебром.
- Французского — в 85 рублей серебром.
- Русского — в 32 рубля серебром.
И с содержанием военных были большие сложности. Поэтому накануне войны часть российской армии — до 350 тысяч военнослужащих — находилась в так называемых военных поселениях, где они должны были совмещать работу с военной подготовкой. Но это была не очень эффективная система — после завершения Крымской войны её ликвидировали.
Ещё большей проблемой стало то, что переброска войск из центра России на юг (в сторону Чёрного моря) была крайне затруднена в силу отсутствия железных дорог. В Крымскую войну солдатам приходилось много месяцев идти тысячи километров пешком, часто — в плохой обуви, иногда — без неё, без обмундирования, в условиях плохого и явно недостаточного снабжения, антисанитарии, а также связанных с ними болезней.
В связи с этим даже появилось определение "маршевые потери". Они могли составлять до половины состава марширующих частей, иногда — больше. Один из корпусов армии прошёл пешком из Молдавии с турецкого фронта до Крыма 1200 километров в жару по сухой степи и оставил по дороге две трети своего состава больными и умершими, в основном от холеры.
Заметим, что от Варшавы, где стояла значительная часть русской армии, до Крыма было две тысячи километров. Конечно, у англичан и французов также была высокая смертность от санитарных потерь, но им не надо было заставлять сотни тысяч солдат идти пешком тысячи километров.
В данном случае важно упомянуть, почему в Российской империи к 1853 году так и не построили стратегически важную железную дорогу из центра на юг. Хотя первая такая дорога появилась ещё в 1837-м между Царским селом и Санкт-Петербургом. А вот вторая была построена только в 1848-м от Варшавы до границы с Австрией. В 1851 году была также создана Николаевская дорога от Санкт-Петербурга до Москвы.
Исторический "Локомотив № 1" Джорджа Стефенсона, эффективность которого была продемонстрирована на открытии железной дороги Стоктон — Дарлингтон в 1825 году. Фото Музея науки, Лондон
В то же время в Англии первые рельсы проложили в 1825 году. К 1850-му здесь было уже 10 тысяч километров железных дорог. Разница между Россией и Европой тогда заключалась в развитии финансового рынка. Российские железные дороги строили за счёт государства. Хотя та же дорога из Варшавы в Вену начиналась усилиями акционерного общества, но оно обанкротилось, и её достраивали за бюджетные деньги.
В то время как европейские дороги строили акционерные общества, собиравшие под эти проекты частный капитал. В Европе его всегда было много — благодаря развитым институтам, гарантирующим собственность, а в условиях промышленной революции они получили дополнительный импульс для развития. Даже в Индии к середине XIX века шло интенсивное железнодорожное строительство на деньги британского и индийского частного капитала.
Собственно, отсутствие в Российской империи железной дороги на юг в сторону Крыма стало важнейшей причиной поражения в той войне. Другой причиной была технологическая отсталость. К началу войны про паровые пароходы было хорошо известно.
Но Англия имела к 1853 году уже:
- 11 винтовых линейных кораблей,
- 32 фрегата,
- 71 малое судно,
- а также колесные пароходофрегаты.
Вместе с французами они направили в Чёрное море восемь винтовых линкоров, 23 фрегата.
В российском Черноморском флоте было только шесть вооружённых пароходофрегатов. В итоге его командование не решилось вывести свой парусный флот для сражения. Хотя в его составе было 14 линейных кораблей и 13 фрегатов. Но их время уже ушло. Они ещё могли сражаться с парусным турецким флотом, весьма слабым по составу, но не с англичанами и французами с их винтовыми кораблями.
Характерно, что именно в эту войну в Синопе (древний портовый город на севере Турции на берегу Чёрного моря — прим. редакции) в 1853 году состоялось последнее крупное сражение парусного флота. Российская эскадра в шесть линейных кораблей и два фрегата, а также три парохода вошла в бухту и уничтожила турецкую эскадру из семи фрегатов и двух пароходов, один из которых ушёл.
Три российских линейных корабля несли по 120 орудий, три других — по 84 орудия. Самый большой турецкий фрегат имел 44 орудия. У турок были ещё четыре береговые батареи с 24 орудиями. Но уже в следующем, 1854 году Черноморский флот был просто затоплен в Севастопольской бухте — слишком неравные были силы.
Пули Минье. Фото является общественным достоянием
Ещё один ключевой момент, который сыграл решающую роль в этой войне, был связан с нарезным стрелковым оружием. Британцы и французы были вооружены нарезными штуцерами, первые — полностью, вторые — наполовину. К тому же они использовали пулю Минье — у неё в основании была выемка, благодаря которой при выстреле хвостовая часть расширялась, и таким образом обеспечивалось сцепление с нарезами винтовки. Это имело значение при заряде винтовок с дула, потому что пуля легко проходила в ствол. В более ранних образцах винтовок пули приходилось иногда забивать деревянным молотком, что быстро повреждало нарезы ствола.
А в российской армии в то время использовали гладкоствольные ружья, прицельная дальность которых была до 200 метров. В то время как винтовка с пулей Минье (английская Энфилд или французская винтовка Тувенена) имела прицельную дальность в 900–1100 метров. Фактически английские и французские солдаты расстреливали русских с такого расстояния, с которого те не могли ответить.
В русской армии были свои штуцеры, в основном бельгийские, но их было только 26 на батальон. И у них не было пуль Минье. Поэтому стрельба могла вестись на 500 метров с крайне медленной перезарядкой ружья. При этом нарезы в стволе быстро выходили из строя. Винтовки с пулями Минье были закуплены у французов уже после Крымской войны для вооружения российских войск на Кавказе.
Фотокопия картины "Бой на Малаховом кургане в Севастополе в 1855 году" художника Григория Шукаева, 1856 год
К 1855-му — началу 1856 года у Российской империи не было других вариантов, кроме как договариваться. Нужно было думать о том, чтобы провести работу над ошибками и преодолеть отставание в развитии, которое предопределило поражение в войне. Новый царь Александр II должен был думать о реформах, чтобы справиться с ситуацией, которая привела к такому болезненному поражению.
Интересно, как высокопоставленный российский чиновник, занимавшийся государственной цензурой, Александр Никитенко описывал в своём дневнике ситуацию накануне переговоров в Париже:
"Мы не два года ведём войну — мы вели её 30 лет, содержа миллион войска и беспрестанно грозя Европе. К чему всё это? Какие выгоды и какую славу приобрела от этого Россия? Лет пять тому назад москвичи провозгласили, что Европа гниёт, что она уже сгнила, а бодрствуют и процветают одни славяне. А вот теперь Европа доказывает нашему невежеству, нашей апатии, нашему высокомерному презрению её цивилизации, как она сгнила. О, горе нам!"
Собственно, поражение пусть и было болезненным, но открыло дорогу к масштабным реформам нового императора Александра II. Это были:
- отмена крепостного права,
- реформа армии,
- отказ от рекрутчины,
- либерализация экономики и внешней торговли,
- инвестиционный климат и экономический рост,
- реформа суда,
- расширение доступности и качества образования.
Это всё изменило Россию, но это уже другая история, которая потом привела к революции 1917 года.
Из Крымской войны Российская империя в целом вышла без больших территориальных потерь. Единственное — уступила Южную Бессарабию в пользу Молдавского княжества. Помимо этого, был также отменён протекторат России над дунайскими княжествами — Молдавией и Валахией. Ей также пришлось вернуть Османской империи крепости на Кавказе. Но на этом, собственно, и всё.
Хотя он и был оформлен в виде объявления Чёрного моря нейтральной зоной, закрытой в мирное время для военных кораблей всех наций, включая Россию.
Но самым невыгодным следствием войны стало укрепление Османской империи. Парижский договор подтверждал её независимость и территориальную целостность, которая гарантировалась великими державами. Если учесть, что поводом к войне стала попытка России поделить Османскую империю в стремлении занять проливы Босфор и Дарданеллы, это было достаточно болезненное поражение.
Накануне войны Николай I выпустил меморандум, в котором изложил свои планы по разделу Османской империи:
- Россия должна была получить дунайские княжества и Добруджу в дельте Дуная.
- Сербия и Болгария становились независимыми государствами.
- Адриатическое побережье отходило Австрии, Египет — Англии, Крит — Франции, острова архипелага — Греции.
- Константинополь (сейчас — Стамбул) становился вольным городом под международным контролем.
В то же время в личной беседе с английским послом Хорасом Сеймуром Николай I сказал, что после падения Османской империи начнётся хаос, поэтому Россия будет вынуждена "взять Константинополь под временный контроль", так как не может допустить, чтобы проливы перешли под контроль Англии или Франции.
Сеймур ответил:
"Едва ли правитель может говорить столь настойчиво о приближающемся крушении соседнего государства, коль скоро сам не наметил час его гибели".
Понятно, что Англия и Франция беспокоились о собственных колониальных интересах. В частности, для англичан был важен рынок сбыта в Османской империи. Собственно, Парижский договор на некоторое время закрыл для России возможность экспансии в южном направлении.
В 1865 году был занят Ташкент. Вследствие этого казахская степь стала внутренней провинцией Российской империи, и многие процессы здесь стали следствием этого продвижения в глубь Центральной Азии. После этого Россия и Англия соперничали в регионе.
Одним из следствий этого стали нынешние границы Афганистана, который в итоге был буферной территорией между двумя империями. Конечно, за 170 лет после Парижского договора многое изменилось, но далеко не всё.
Мнение редакции может не совпадать с мнением автора.
Читайте также:
Верненское восстание 1918 года. О том, кто с кем воевал, и о превратностях истории
Украина между Москвой, Варшавой и Стамбулом: уроки 13-летней войны
Маленькая победоносная. Как война России за Маньчжурию изменила ход истории
